ad victoriam

и пламя в моей груди не даст мне просто так уйти, Я ставлю знамя своего культа грусти. Если я с похода не вернусь, то, моя милая, прости — Белые вороны тебе принесут кости. И страх на очах, и сон, где я неживой... Стань для меня той самой дурной мечтой. И раны на моей груди прижми той самой звездой Что я достал тебе в то время, когда был еще живой. Я сжигаю твои фото в пламени все по старому оставляешь порезы на руки. В кармане «Парламент», я пишу тебе на номер, Ты не отвечаешь, я хотел тебя забрать из твоего ада. Ты ведь мертва, кто не ответит мне? На душе зима, в голове ветер. В городе мертвых ищу я ответы. Я прошу, верь мне, я знаю, где ты. И страх на очах, и сон, где я неживой... Стань для меня той самой дурной мечтой. ты в слезах и в мечтах ты хочешь быть со мной, Страх на очах не дает мне покоя. И сохрани... Я застрял в этой паутине. Я лишь попрошу: люби меня. Я устал на плечах тянуть труп своего рассудка, стань для меня той, кого не забуду.